Эпоха глобальных перемен и перспективы Беларуси

Может возникнуть вопрос: почему мы больше говорим об исторической судьбе восточнославянской (восточнохристианской) цивилизации в целом, а не о судьбе отдельных (суверенных) восточнославянских стран, в частности, не говорим осо­бо о перспективах развития республики Беларусь, как это хотелось бы слышать противникам союза России и Беларуси?

Ответим так: невозможно разглядеть очертание и контуры дальнейшего пути развития белорусского общества, каким-либо образом предвидеть его будущее вне контекста анализа мировых интеграционных (и дезинтеграционных) процессов, не осмыслив и не уяснив характер и направленность исторического движения основных локальных цивилизаций современности.

Дело в том, что в эпоху глобализации свой суверенитет такие страны, как Беларусь (и даже страны намного более крупные, чем она) могут сохранить толь­ко в коалиции (союзе) с другими странами и народами, прежде всего в союзе с народами близкородственными в культурно-цивилизационном отношении. Сами по себе государства типа Республики Беларусь не могут претендовать на абсолют­ный суверенитет. Им этого просто не позволят. Поясним почему.

В древности и в средние века развитие экономики и технологических укладов не требовали «больших пространств». Поэтому, несмотря на различные военно-политические объединения, союзы, завоевания и т.д., имела место тенденция к раздробленности, к созданию независимых образований в виде отдельных неболь­ших княжеств, герцогств и т. п. Позже, с развитием заводского и фабричного производства возникла объективная потребность в формировании общенациональ­ного рынка, в возникновении крупных национальных государств. Как свидетель­ствуют факты истории, процесс образования национальных государств был весь­ма сложным, противоречивым и длительным. В этом процессе, надо отметить, Беларусь и Украина не преуспели. Они всё время так или иначе оказывались в орбите влияния других, более крупных и сильных государственных образований.

Со второй половины XX века (особенно последней его четверти) ситуация изменилась. Экономика, новые технологии, потребовали для своего более успеш­ного функционирования ещё «больших пространств». То есть, если для предше­ствующего этапа развития было характерно создание крупных национальных го­сударств, то сегодня наблюдается тенденция выхода экономических систем за рамки национально-территориальных образований. Мир вступил в эпоху глобализации. Вектор развития экономической, политической, да и в целом социокультурной жизни оказался направленным в сторону интеграции и интернационализации. Но здесь, чтобы не впасть в заблуждение, важно подчеркнуть, что для успешного развития хозяйственных структур «весь мир», вся наша планета не нужны. Сегод­ня экономические процессы интеграции наиболее эффективно реализуются и про­текают на континентальных и субконтинентальных пространствах, в географичес­ких регионах, населённых родственными народами в цивилизационном и социо-культурном отношениях. И если исходить не из мифа о всепроникающей и всепо­беждающей глобализации, а из действительных фактов, то можно увидеть, что и сейчас реальные интеграционные процессы и связи, будучи предоставленными самим себе, имеют тенденцию ограничиваться континентальными и субконтинен­тальными пространствами. Наиболее ярким примером этого выступают страны Западной Европы (Европейский Союз) и некоторые государства Азии. Иначе го­воря, интеграция и интернационализация сегодня осуществляются прежде всего в рамках локальных цивилизаций. Не случайно сейчас появилось немало книг, кон­цепций и теорий о том, что будущие войны — это войны не между отдельными государствами, а войны между цивилизациями.

Теперь поставим вопрос: как быть, как действовать, с кем объединяться и с кем разъединяться России, Беларуси и Украине с учётом вот этого современного мирового контекста, связанного как с новыми интеграционными процессами, так и новыми разделительными линиями? Объединяющаяся и объединённая Европа однозначно не считает православные восточнославянские народы своими и, похо­же, что и в обозримом будущем считать не будет. Для «тигров» Азии (прежде всего юго-восточной Азии) и народов исламского мира мы тоже далеко не свои. В этой ситуации восточнославянским народам остаётся два пути: или они консоли­дируются, объединяются и создают свой собственный центр развития и силы, или они превращаются в «этнографический материал», почву и удобрение для разви­тия других цивилизационных центров силы. Вот и получается, что только в союзе друг с другом и некоторыми другими странами Евразии восточнославянские народы могут сохранить себя, найти свою нишу и место в мире. Поэтому, заботясь об исторической судьбе Беларуси, нельзя не думать о перспективах развития восточ­нославянской цивилизации в целом.